Последняя глава (№ 115) из мемуаров Жореса Медведева «Опасная  профессия»

Медаль, которой Ж.А.Медведев был награждён в 2015 году
Медаль, которой Ж.А.Медведев был награждён в 2015 году

Это последняя глава, однако, Жорес Александрович мне написал, что позже он напишет "заключительную", более теоретическую, главу. Новая книга будет о долгожителях, работу над ней Э.А.Медведев планирует завершить в течение пары лет. По проблемам долголетия (и старения) у него копился архив с приезда в Лондон в 1973, а каталог и библиотека с 1956. Первую главу я скоро опубликую. 

Кроме того, в текущем году Жорес начнёт вместе с Роем серию очерков о современной России. Цитата из сегодняшнего письма Ж.А.Медведева: «Это ведь, по существу, новое государство, основанное в 2000 году. В 1999 в России частный "олигархический" сектор составлял 70% экономики, государственный только 30%. В 2017 всё наоборот, частный сектор составляет 30% экономики, а государственный около 70% и в условиях западных санкций он продолжает вытеснять частный. Правительственный аппарат в России также уникален. Белоруссия эволюционирует в сторону слияния с Россией, так как получает большие кредиты, которые не сможет отдавать. Казахстан, после окончания правления Назарбаева и уменьшения нефтяных прибылей, также будет эволюционировать в сторону России. Там почти половина населения - русские. У Казахстана нет истории самостоятельной государственности и русский язык там доминирует. Таджикистан тоже пойдёт по этому пути, 50% бюджета Таджикистана составляют переводы от таджиков, работающих в России. Так что перспективы ближайших 10-20 лет можно предсказать по происходящим процессам в экономике. Думаем, что Путин начнёт новые реформы и сменит правительство и премьера. Но всё будет неожиданным для всех. Путин любит делать сюрпризы».

Игорь Сухарев

СОВЕТСКИЙ СОЮЗ. ПОСЛЕДНИЕ ГОДЫ ЖИЗНИ

Обложка книги  Роя Медведева «Советский союз. Последние годы жизни» (2009 год)
Обложка книги Роя Медведева «Советский союз. Последние годы жизни» (2009 год)

Новую книгу  Роя «Советский союз. Последние годы жизни», изданную в Москве в конце 2009, я получил в Лондоне в январе 2010 года. Это был большой том, содержавший 637 страниц и девять глав, освещавших и анализировавших события 1985–1991 годов. В значительной степени книга была основана на личных наблюдениях, а с 1989 года и на непосредственном участии автора, в то время Народного депутата и депутата Верховного Совета СССР, в происходивших событиях и его знакомстве с основными политиками этого периода: Горбачёвым, Яковлевым, Лукьяновым, Ельциным, Рыжковым, Собчаком, Лужковым, Назарбаевым и другими. Подзаголовок тома - «Конец советской империи» - содержал и сжатую формулу автора. Обозначать Советский Союз как «империю» среди российских историков в недавнем прошлом не было принято. Страны Восточной Европы и Монголия формально входили с СССР в «Совет экономической взаимопомощи» (СЭВ) добровольно и считались равноправными членами.

В XX веке распались почти все империи, созданные в предыдущие столетия, Британская, Российская, Австро-Венгерская, Османская, Французская, Испанская, Бельгийская, Голландская, Португальская. Некоторые империи, возникавшие  недавно путём завоевательных войн: Германский третий рейх, Итальянская и Японская империи,- просуществовали очень недолго и исчезли в результате военных поражений. Освободительные войны в Африке и в Азии за независимость от европейских метрополий продолжались и в 1970-х годах. Одними из последних были войны за независимость в Анголе и во Вьетнаме, закончившиеся в 1975 году. В сократившемся до трёх автономий Соединённом Королевстве удержать в составе федерации Северную Ирландию удалось лишь в результате компромисного перемирия в 2005 году и после долгого и кровопролитного конфликта.

Советская социалистическая империя также сформировалась в результате войн, Гражданской 1918–1922 годов и Великой Отечественной, которая завершилась оккупацией и принудительной «советизацией» половины Германии и всех стран Восточной Европы. Социалистическая империя, однако, не давала фактической метрополии Российской Федерации, экономических выгод. Уровень жизни в Польше, в Чехословакии, в Венгрии, в ГДР и даже в Латвии, на Украине или в Грузии был выше, чем на Урале, в Сибири или в коренных русских областях, за исключением Московской и Ленинградской, где он поддерживался искусственным приоритетным распределением товаров и услуг. Основную экономическую  стоимость «холодной войны» оплачивала в основном Российская Федерация, так как именно здесь были сосредоточены главные центры военной промышленности.

Распад советской империи происходил бескровно по границам национальных республик. Военные территориальные конфликты возникали позже и за пределами границ Российской Федерации. Наиболее длительными из них, не завершившихся и до настоящего времени, были армяно-азербайджанский и молдавано-приднестровский.

Неожиданно и  без всяких объективных причин появился в 1989 году и российский сепаратизм, впервые прозвучавший в выступлении писателя Валентина Распутина на Первом съезде народных депутатов СССР. Обращаясь к делегатам из прибалтийских и кавказских республик, выступления которых он считал русофобскими, Распутин восклицал:

«Я размышляю, а может быть, России выйти из состава Союза, если во всех своих бедах вы обвиняете её и если её слабость и неуклюжесть отягощает ваши прогрессивные устремления? Это, кстати, помогло бы нам решить многие проблемы…».

Поправки в Конституцию СССР, принимавшиеся в 1988 году, создавали, кроме Съезда народных депутатов и Верховного Совета СССР, наделённых законодательными полномочиями и выполнявших функции реальных парламентов, такие же органы парламентского управления в РСФСР, Украине, Белоруссии и в других республиках, союзных и автономных. Квалифицированных парламентариев для этих органов законодательства не было и они заполнялись в основном случайными людьми. Появление в 1990 году столь большого числа не связанных между собой субординацией законодательных институтов резко ослабило эффективность управления страной. Сепаратизм республик значительно усилился. Новым и неожиданным оказался и «российский сепаратизм», который по мнению Роя:

«…стал одной из главных сил, разрушивших Советский Союз… Одна из удивительных особенностей российского сепаратизма заключалась в том, что он не опирался на какое-либо национальное движение, как, например, сепаратизм литовский, грузинский или украинский. Никакого влиятельного русского национального движения не существовало…» (Стр.593).

Между тем уже вскоре после своего создания Съезд народных депутатов РСФСР, по предложению его председателя Бориса Ельцина почти единогласно  принял «Декларацию о независимости России».

Введение в СССР в марте 1990 года поста «Президента СССР» было попыткой остановить распад страны. Ту же цель преследовал и Всесоюзный референдум о сохранении СССР, состоявшийся 17 марта 1991 года. Остановить деструктивные процессы, однако, не удалось. Главной причиной этого являлся, по мнению Роя, тот непреложный факт, что Советский Союз:

«скреплялся не общностью национальной судьбы и традиций, а общностью коммунистической идеологии… В такой системе партийный аппарат неизбежно превращался в фактически правящую страной государственную структуру. Но также было  неизбежным и ослабление государства при ослаблении партии…КПСС оставалась главной несущей конструкцией Советского государства, но без сильной и авторитетной идеологии эта конструкция не могла выдерживать прежние, а тем более возросшие нагрузки. Возникали трещины и в один момент вся конструкция неожиданно надломилась» (стр.586).

ЮБИЛЕЙ ПОБЕДЫ

Празднование «Дня Победы» 9 мая возобновилось в «юбилейном» 1995 году. В западных и в других зарубежных странах российские юбилеи Победы в Великой Отечественной Войне стали с 1995 года отмечаться приёмами ветеранов войны в посольствах Российской Федерации и награждением ветеранов памятными медалями. В России, впервые после распада СССР 50-летняя годовщина Победы была отмечена парадом ветеранов войны на Красной площади и парадом войск московского гарнизона на Поклонной горе. В Лондоне посол Российской Федерации Анатолий Леонидович Адамишин устраивал по случаю 50-летия Победы большой приём с обильным угощением приглашённых, среди которых были министры британского правительства и члены королевской семьи. Здесь мы с Ритой впервые и единственный раз встретили принцессу Диану, супругу принца Чарльза, наследника британского престола.

В 2010 году 65-летний юбилей Победы также отмечался приёмом в Посольстве Российской Федерации, но более скромным и лишь с участием соотечественников. В Англии в это время проживали и состояли на консульском учёте не более 15–20 ветеранов войны, среди которых Жорес Медведев оказывался, на 85-ом году жизни, самым молодым. В конце апреля мне позвонилил из Консульского отдела его заведующий А.К.Батманов. Он, от имени посла Юрия Викторовича Федотова, объяснил, что главной частью приёма по случаю дня Победы планируется речь посла и вручение памятных медалей и письменных поздравлений ветеранам от президента РФ Дмитрия Медведева. Меня попросили выступить с ответной речью от имени ветеранов и кратко рассказать о моём фронтовом опыте. Я пробовал отказаться, объяснив, что мой боевой опыт на Таманском фронте был очень коротким и не был отмечен особыми заслугами. Мой собеседник объяснил: «Да, у нас в Лондоне живут несколько ветеранов с большим числом военных наград, я с ними уже разговаривал. Ни один из них не сможет, однако, произнести ответную речь..».

Задача для меня была достаточно ответственной. На приёме могли присутствовать и редакторы лондонских русских еженедельников, их было уже три. Они обязательно зафиксируют всю церемонию. Я решил написать текст своего выступления полностью в письменном виде, а не ограничиваться, как я это обычно делал для своих лекций, краткими тезисами. Именно так возник тот короткий очерк «Таманский фронт», с которого начинается первая глава настоящих воспоминаний. Он был опубликован в середине мая в русском еженедельнике «Англия». Рита говорила мне потом, что моё выступление было воспринято аудиторией очень эмоционально, особенно в том месте, где я рассказал о больших потерях в батальоне, где я служил, в первый день наступательных боев по прорыву немецкой оборонительной «Голубой линии», прикрывавшей подступы к Новороссийску. Это был конец мая 1943 года. В моём взводе, состоявшем из новобранцев, почти всем, кроме командира, старшего сержанта Саши, было по 17 лет. Саша, выглянувший из окопа, был убит пулей снайпера, пробившей его шлем, в тот же день 31 мая, в который я, выполняя приказ о восстановлении телефонной связи с штабом батальона, получил сквозное ранение ступни при перебежке.

ПРАВНУЧКИ

Весь сентябрь и большую часть октября мы с Ритой  провели в России. В марте у нас появилась в Москве в семье внучки Маши первая правнучка, Василина. В октябре у младшей внучки Даши, жившей теперь в нашей квартире в Обнинске, ей подаренной, также ожидалось прибавление семейства. Мне срочно требовалось оформить постоянную прописку Даши в нашей квартире.

Несмотря на все радикальные политические и экономические перемены в России в 1990 –2010 годах,  краеугольные правовые ограничители гражданских свобод сталинской эпохи – особые внутренние паспорта и «прописка по месту жительства», введённые в СССР в 1932 году для запрета переселения крестьян-колхозников в города в связи с голодом, всё ещё сохранялись. «Внутренние паспорта», выдававшиеся до принятия Конституции 1977 года лишь городским жителям, в которых эта «прописка» вносилась  на страницу «место жительства», считались недействительными без штампа с указанием постоянного адреса. Не имея штампа прописки, переименованной теперь в «регистрацию», в своём паспорте, Даша не могла рассчитывать на медицинские консультации в обнинских поликлиниках и на место в обнинском родильном доме.  В её паспорте местом жительства была указана Тверь, где она родилась и жила до 2006 года. Только там она могла получать  государственное медицинское обслуживание. Регистрацию Даши в Обнинске мог осуществить лишь собственник квартиры, явившись вместе с ней в районное отделение милиции с заявлением и со всеми документами, включая оригиналы актов о покупке квартиры в 1995 году. Но перед этим Даше следовало поехать в Тверь, чтобы «выписаться» из прежнего места жительства. Процедуры заняли несколько дней и были платными.

19 октября появилась на свет наша вторая правнучка. Ее назвали Александрой.

СМЕЩЕНИЕ ЮРИЯ ЛУЖКОВА

Вечером 10 сентября популярный телевизионный канал «НТВ» показал – не упоминавшийся в программах! – почти часовой документальный фильм «Дело в кепке» с крайне негативным сюжетом о мэре Москвы Юрии Лужкове и его жене Елене Батуриной. Мы смотрели фильм в Обнинске, у Даши был здесь теперь большой телевизор. Рой, хорошо знавший Лужкова и опубликовавший о нём в 2005 году книгу «Московская модель Юрия Лужкова», смотрел этот фильм у себя на даче. По словам Роя, которому я сразу позвонил, этот фильм несомненно был сделан по срочному заказу администрации президента Дмитрия Медведева, с которым у Лужкова возникли конфликтные отношения.

Лужков находился на посту мэра столицы уже 18 лет. До 1992 года он был председателем Мосгорисполкома. Должность мэра, учреждённая в 1990 году, была выборной, и москвичи каждый раз избирали Лужкова значительным большинством голосов. Снять мэра Москвы своим указом без особо веских причин Медведев не мог. На предложение о добровольной отставке Лужков ответил отказом, заявив, что срок его полномочий истекает в конце 2011 года. В последующие дни были на разных каналах показаны ещё два или три фильма с компрометирующей критикой Лужкова и Батуриной.                                                                                                                                                                                                                                                                                    Лужков подал в суд, обвинив создателей фильма «Дело в кепке» в клевете. У него, как было ясно и мне, имелись для этого достаточные основания. В новый фильм были искусственно «врезаны» фальшивые эпизоды из тех клеветнических фильмов, которые делались в конце 1999 года, явно по заказу олигархов, для того, чтобы предотвратить участие Лужкова в президентских выборах ( См. главу 102). В то время Лужков уже судился с телекомпанией и выиграл дело.

(Я не комментирую здесь фильм «Дело в кепке», который был сенсационным и с участием Сергея Доренко, автора клеветнических программ о Лужкове в 1999 году, просто потому, что мои читатели и сейчас могут просмотреть этот фильм через интернет, поставив его заголовок в поиск. Прим. автора).

После 10 сентября на нескольких каналах телевидения были показаны и другие фильмы, компрометирующие Лужкова. Два фильма содержали интервью с женой Лужкова Еленой Батуриной. Она в это время, продав принадлежавшую ей строительную компанию «Интеко», постоянно жила в Лондоне. Фильмы прерывались показом обложки журнала «Forbes» пятилетней давности с портретом Батуриной – «самой богатой женщины России».

28 сентября президент России Дмитрий Медведев подписал указ «О досрочном прекращении полномочий мэра Москвы». Лужкова освобождали от должности «в связи с утратой доверия президента Российской Федерации».

29 октября Рою неожиданно позвонил Георгий Сергеевич Полтавченко, Полномочный представитель президента Российской Федерации в Центральном федеральном округе. Он попросил Роя срочно составить для него “Докладную записку” с оценкой событий и с соображениями о возможной кандидатуре на пост мэра Москвы. Полтавченко знал о книге Роя “Московская модель..”. Полтавченко, как и многие близкие Путину администраторы, был в прошлом работником разведки КГБ. Он был знаком с Роем, они встречались два раза. Рой  понял, что Полтавченко приглашён в Кремль на совещание по возникшим проблемам и хотел поэтому более компетентно оценить различные варианты их решения. Дело было срочное, и на следующий день за «Запиской» к Рою должен был приехать курьер.

Рой написал своё письмо-записку от руки чётким почерком в тот же вечер и отправил её с курьером на следующий день. Я привожу здесь некоторые отрывки из этого письма:

«Глубокоуважаемый Георгий Сергеевич!

События последних дней вызывают не столько удовлетворение, сколько огорчение, хотя они и имеют определённую логику… По большому счёту это политический кризис, из которого нужно выйти с минимальными потерями…. Исключительную важность в этой связи приобретает вопрос о выборе преемника московского мэра. Это вопрос не технический, не административный, а политический. Выбор решений ограничен, а риск принятия ошибочного решения очень велик… При отсутствии у нас в стране единой национальной и государственной идеологии руководство страной может существовать лишь в форме коалиции элит, каждая из которых должна иметь определённую автономию. Этого требует и федеративное устройство нашего государства…

Одной из важных составных частей такой коалиции элит была до сих пор московская команда, в состав которой в её верхнем эшелоне входят несколько сот очень опытных и умелых управленцев. Эта элита сформировалась главным образом вокруг Юрия Лужкова и она спаяна многими нитями как формальных, так и неформальных отношений, разрушать которые было бы опрометчиво. В Москве сложилась не только особая группа чиновников-управленцев, но и особая модель экономических отношений, которая сильно отличается от тех экономических моделей, которые сложились в других ведущих регионах России. Общей для всей страны модели экономических отношений у нас нет…

Юрий Лужков был в московской системе управления ключевой фигурой. Можно бросить в его адрес много упрёков, однако нельзя не видеть, что очень многие из недостатков нынешней московской жизни имеют объективный характер и их невозможно решить лишь переменой лиц в управлении городом.

Было бы большой ошибкой не исправлять, а ломать сложившуюся за 15–17 лет состему управления Москвой и разрушать сплочённую московскую команду управления, которая в целом работала очень эффективно…

Возникает вопрос о кандидатуре будущего мэра. В России есть только один человек, выдвижение которого на пост мэра Москвы будет наименее болезненно для городского управления и для московской бюрократической элиты. Это нынешний губернатор Нижегородской области Шанцев Валерий Павлович. Шанцев работал руководителем московского аппарата власти много лет, он ничем не запятнан, он политик, а не просто чиновник, и его хорошо знают в России. Он также друг Юрия Лужкова. В.П. Шанцев начал работать вместе с Лужковым с 1994 года как префект, а с 1996 года как вице-мэр… Его выдвижение на пост мэра успокоит страсти, успокоит московское чиновничество. На многих направлениях Шанцев сможет работать даже лучше, чем работал Ю.Лужков.

Назначение Шанцева будет очень разумным шагом и знаком доверия к московской элите, и оно не будет враждебно принято самим Лужковым, влияние которого не следует преуменьшать. Нужна консолидация, а не раскол элит…

Я не думаю, что Ю.Лужкова надо сталкивать в оппозицию…

Приватизация в 1990-х годах происходила в Москве не «по Чубайсу», а по Лужкову, и любой незнакомый с московскими реалиями человек столкнётся здесь с множеством препятствий, которые сегодня почти не видны…»

Назначение нового мэра Москвы, однако, затягивалось. В.П. Шанцев, как стало известно Рою, был одним из обсуждавшихся кандидатов. Однако он, уже в возрасте 63 лет, не захотел покидать свой формально более высокий пост губернатора Нижегородской области, где он лишь недавно, в августе 2010 года, был переназначен на второй пятилетний срок. В Нижегородской области он был независим, в Москве множество решений следовало бы согласовывать с администрациями президента и премьер-министра. Лужкову было легче, так как он выдвинулся в руководство столицей ещё в Советском Союзе.

В конечном счёте, решение о кандидатуре мэра Москвы принимал не Дмитрий Медведев, а премьер Путин, хотя указ был подписан Медведевым. Новым мэром Москвы был назначен Сергей Семенович Собянин, находившийся до этого назначения Руководителем аппарата правительства Российской Федерации. Собянин с 2005 до 2008 года руководил администрацией президента Путина и после избрания на пост президента РФ Дмитрия Медведева перешёл на работу в правительство.

(Назначение Собянина считалось правильным выбором. Однако, в 2013 году, когда практиковавшиеся ранее назначения мэров и губернаторов сменились их выборами населением городов и областей, Собянин был избран мэром Москвы очень небольшим большинством голосов – 51,37% . Такое большинство находится в пределах «административного ресурса».  Главный соперник Собянина – Алексей Навальный, тогда мало известный 37-летний провинциальный адвокат, вышел на второе место с 27,24% голосов. Именно этот неожиданный и сенсационный успех на выборах мэра Москвы выдвинул Навального в политическую жизнь России. Прим. автора.)

НАШ ЮБИЛЕЙ

В ноябре 2010 года ожидался и наш с Роем 85-летний юбилей. Мы не планировали его отмечать. Жена Роя Галя болела и нуждалась в постоянном уходе. Требовалась сложная операция, это была большая проблема.  В конце октября Рита и я вернулись в Лондон.

Однако  ещё в сентябре Игорь Зайцев, генеральный директор нашего дружеского издательства «Права человека», сообщил Рою и мне, что они хотели бы срочно подготовить юбилейную книгу воспоминаний братьев Медведевых. Инициатива такой книги, как оказалось, принадлежала Казуко Ватанабе, директору японского издательства «Гэндайситë-синся», которое, как я писал раньше, финансировало в недавнем прошлом четырёхтомник «Избранные произведения», в который вошли наши основные книги. (Они также были изданы и в Японии, но каждая в отдельности и в разное время. «Собрания сочинений» – это российско-советская традиция, В других странах многотомники одного автора непопулярны. Прим. автора).

Издательство «Права человека» не было коммерческим. Но при наличии субсидии его небольшой коллектив работал быстро и качественно. Рой определил содержание юбилейного тома. Многие из входивших в него очерков уже были написаны и опубликованы в прошлом и требовали лишь небольшой правки. Первым очерком тома в разделе «Детские и молодые годы» был наш совместный с Роем «Рассказ о родителях». Этот очерк создавался много лет по частям. Первый эпизод, сцену ареста отца опергруппой НКВД 23 августа 1938 года у нас на квартире в Москве в доме на Писцовой улице, я написал ещё летом 1950 года. Этот рассказ тогда не содержал подлинных имён и был без подписи. В то время Сталин был жив и политический террор продолжался. При отъезде в Англию в январе 1973 я не брал с собой эти листки. Я знал, что при пересечении границы нас ждёт тщательный обыск. Я помнил весь текст наизусть. В Лондоне я написал уже более подробный очерк и опубликовал его осенью 1973 года в «Новом Журнале», издававшемся в Нью-Йорке под редакцией Романа Гуля. Рой дополнил мой текст своим рассказом в 1988 году, и совместный очерк был опубликован в журнале «Семья и школа» в 1989 году.

А. Медведев, 1937 год
А. Медведев, 1937 год

Вторым в книге становился мой очерк «Опасная профессия», также уже законченный летом 2010 года и опубликованный в журнале «Родина». В нем первым рассказом были мои «военные» воспоминания. После выступления в посольстве 9 мая и публикации в газете «Англия», я продолжил эту работу, дополнив её и воспоминаниями о студенческих годах, 1944–1950. Именно это  привело и к такому заголовку, так как занятие  биохимической генетикой, выбранной мною профессией, было после разгрома классической генетики в августе 1948 года и установившейся в биологии монополии псевдонаучных доктрин «мичуринской биологии», созданных Т.Д. Лысенко, стало действительно опасным. «Морганизм-менделизм» был запрещён как идеалистическое, реакционное и буржуазное учение. Генетиков повсеместно увольняли из научных и учебных заведений, ссылали в провинцию, а иногда и арестовывали. Исследования в области генетики стали трудными, их приходилось скрывать и маскировать. Публиковать результаты было негде. Термины «гены», «хромосомная наследственность»  и другие удалялись из рукописей цензурой. Иностранные книги и журналы по генетике конфисковывались из библиотек.

Второй раздел нашей книги «Из воспоминаний» составили очерки Роя о писателях. Первый из них «Константин Симонов» был написан Роем в 2001 году, но ранее нигде не публиковался. С Константином Симоновым я познакомился  раньше Роя. Знакомство произошло в 1963 году и было связано с распространением в самиздате моей рукописи «Биологическая наука и культ личности». Она циркулировала не только в научных, но и в писательских кругах и именно этим я был обязан знакомству с Владимиром Дудинцевым, Вениамином Кавериным, Александром Твардовским, Александром Солженицыным и другими. Моя встреча с Симоновым произошла по его инициативе  после того когда автора рукописи начали преследовать (См. главу 3). Симонов, в то время самый знаменитый советский писатель, справедливо полагал, что открытое приглашение к себе домой опального учёного сможет послужить для него определённой защитой. Симонов помогал таким же образом очень многим. Я навещал Симонова несколько раз и в 1965 году познакомил с ним Роя. Уже в первую встречу с Симоновым я, при моей  наблюдательности, понял, что большой письменный стол в обширном кабинете писателя оборудован незаметной и скрытой звукозаписывающей аппаратурой. Позже я узнал, что это был не рабочий, а «приёмный» кабинет. Полки вдоль стен были заполнены не книгами, а разнообразными сувенирами, которые Симонов привозил из своих многочисленных зарубежных поездок. Квартира Симонова имела пять или шесть комнат. В рабочем кабинете он никого не принимал. Два раза Константин Михайлович приглашал меня на обед, познакомив и с женой Ларисой Жадовой.

(При подготовке своих романов на военные темы Симонов приглашал к себе домой для бесед и воспоминаний генералов и маршалов. С Симоновым дружили  маршалы Г.К. Жуков и И.С. Конев. Живые рассказы боевых генералов и маршалов безусловно помогли созданию романа-эпопеи Симонова «Живые и мертвые», который и до настоящего времени считается наиболее выдающимся произведением о войне с Германией. Это открытие звукозаписи объяснило для меня способность Симонова воспроизводить живую речь его персонажей с её специфическими особенностями. Некоторые другие писатели, с которыми я был знаком, например, Даниил Гранин и Юрий Трифонов, также нередко записывали на диктофон свои беседы. Но они делали это открыто и с разрешения собеседников. Симонов делал это тайно. Но такая практика сохранила для истории живые рассказы многих выдающихся людей.

В последующие годы, уже после смерти Симонова в 1979 году, в относительно раннем 63-летнем возрасте,              многие беседы Симонова с Г.К. Жуковым и другими маршалами и генералами были опубликованы именно как «Записи бесед» и вошли в исключительно интересный, особенно для историков, сборник «Глазами человека моего поколения. Размышления о И.В.Сталине». Я прочитал эту книгу уже в Лондоне. Она была издана в Москве в 1988 году. Лишь в 2010 году из очерка Роя о Симонове я узнал, что  главы собственных воспоминаний в этой книге Симонов диктовал своему литературному секретарю Нине Гордон в 1979 году в подмосковной больнице, где он лежал с диагностированным раком лёгкого. Прим. автора).

Рой, впервые приглашённый к Симонову в 1965 году, быстро подружился с писателем. Симонов был лично знаком со Сталиным и встречался и беседовал с ним много раз. Симонов был после войны  членом Комитета по Сталинским премиям в области литературы и искусства. Сталин, как свидетельствовал Симонов, непременно с пакетом книг и журналов с закладками приходил на заседания Комитета, которые проводились в Кремле, и высказывал очень компетентные суждения о тех произведениях, которым предполагалось присуждать премии Первой степени. Некоторые представления на премию исходили от самого Сталина.

Симонов приглашал Роя к себе домой и на дачу в посёлке «Красная Пахра» много раз. Он также разрешил Рою прочитать некоторые рукописные работы разных авторов о Сталине и репрессиях, которые хранились в его обширном архиве. В своих воспоминаниях о Симонове Рой объяснил и секрет необычайной продуктивности Симонова, писавшего не только стихи, статьи, очерки, повести и романы, но также пьесы и сценарии:

«Кабинет, в котором шла наша беседа, находился в глубине большой квартиры в доме писателей на улице Черняховского… Письменный стол был накрыт большим листом белой фанеры, и на нём не лежало никаких бумаг и письменных принадлежностей. Не было видно и пишущей машинки. «Я привык так работать ещё со времён войн» – объяснил мне хозяин дома. Это означало большую по объёму работу в сжатые сроки. Симонов обдумывал сюжеты в одиночестве, главным образом по утрам, потом писал от руки наброски и черновики. После этого приглашал работавшую с ним стенографистку и диктовал ей не только очерки, но и главы романов. Текст затем шёл машинистке, литературному редактору, и только потом возвращался на доработку автору. Дополнительное редактирование велось позже – в журнале или в газете. Вряд ли при такой системе можно было работать над каждой фразой….».(Стр.63).

Вторым рассказом Роя о писателях был небольшой очерк «Три встречи с Ильёй Эренбургом». Эти встречи в 1965–1966 годах также были связаны с рукописью книги Роя «К суду истории», о которой Эренбург узнал от своего секретаря Натальи Столяровой. Через неё Илья Эренбург попросил Роя о возможности прочитать рукопись. Через несколько недель Столярова сообщила Рою, что Эренбург хотел бы с ним встретиться.

Илья Григорьевич жил в большой квартире в доме на улице Горького. На стенах квартиры висели картины знаменитых и великих художников Пикассо, Матисса, Сарьяна, Моне и других, с некоторыми из которых у Эренбурга, жившего много лет во Франции, была дружба. Эренбург был единственным советским писателем, который в 1930-е годы имел полную свободу путешествий по всем странам. Он был хорошим знатоком и пропагандистом авангардного искусства.

Об Эренбурге у Роя сложилось менее благоприятное впечатление, чем о Симонове. Симонов в основном расспрашивал собеседника. Эренбург, напротив, большую часть времени говорил сам:

«…Это был продолжительный и очень интересный монолог. Когда я пытался что-то, сказать Эренбург вежливо меня выслушивал, но потом продолжал рассказ, не вступая в полемику. Ему нужен был не собеседник, а слушатель. Эренбург непрерывно курил, зажигая от кончающейся сигареты новую».

Рой отмечал, что даже в 1965 году Эренбург говорил о Сталине с глубоким уважением:

«Эренбург почему-то пытался объяснить массовый террор 30-х годов кавказским происхождением Сталина «На Кавказе, – говорил мне Илья Григорьевич, – ещё очень живы традиции и обычаи кровной мести. Поэтому, устраняя кого-либо из своих врагов, Сталин должен был устранить и всех родных и друзей своего врага, чтобы избежать мести…

Оказалось, что Эренбург присутствовал на двух заседаниях Верховного суда СССР, когда начался судебный процесс по делу Бухарина, Рыкова, Крестинского, Ягоды и других. Илья Эренбург с детства был дружен с Бухариным, они учились в одной гимназии.… Бухарин часто просил писателя о статьях и очерках для «Известий», где он много лет был главным редактором… От Эренбурга не скрыли, что пропуск на заседания Верховного суда ему принесли по распоряжению Сталина, который заметил - «Пусть пойдет и посмотрит на своего дружка». Это было испытанием на лояльность…».(стр.78)

Рой очень высоко оценивал антифашистскую публицистику Эренбурга в 1941–1945 годы:

«По силе воздействия на граждан нашей большой страны, на её солдат и офицеров ничего равного этому нет в истории нашей публицистики, да и во всей русской литературе…».

Наиболее подробным был очерк Роя «Встречи и беседы с Александром Твардовским». Рой познакомился с Твардовским в 1966 году, также в результате интереса поэта к рукописи Роя о Сталине, о которой Твардовский узнал от меня. Двумя годами раньше меня привёл в редакцию к редактору «Нового мира» Александр Солженицын, уверенный в том, что «Новый Мир» мог бы опубликовать некоторые отрывки из моей работы по истории биологической дискуссии. Возможно, что поэта заинтересовал тот факт, что у Роя, брата-близнеца Жореса, также оказалась рукопись на запрещённую в то время тему

Рой передал Твардовскому рукопись своей книги и с нею познакомились почти все члены редколлегии. Как обнаружилось позже, уже после смерти Твардовского, он сделал о встречах с Роем несколько подробных записей в своем дневнике.

У Роя возникла с Твардовским доверительная дружба. Но встречались они главным образом в Красной Пахре по субботам или воскресеньям на даче Твардовского, красивом двухэтажном доме из красного кирпича, где он жил с женой и летом и зимой. Этот дачный посёлок, расположенный в 25 км от Москвы по Калужскому шоссе, в живописном месте вблизи леса и озера, был огорожен и  обеспечен охраной, всеми коммунальными службами и продовольственным магазином. В Красной Пахре находились и дачи Константина Симонова, Юрия Трифонова, Владимира Тендрякова, кинорежиссёра Михаила Ромма, которых Рой здесь тоже посещал:

«Когда писательский кооператив только создавался,  участки для дач нарезались большие – не меньше гектара. Ходила легенда, что этот размер определил сам Сталин, когда подписывал после войны постановление о строительстве нового дачного посёлка для писателей. «Писатель должен ходить и думать, ходить и думать. Дадим каждому писателю гектар». Позднее участки помельчали, так как приходилось строить всё новые и новые дома. Участок при даче Твардовского был в четверть гектара.»

Во время одной из таких встреч в Пахре  осенью 1967 года Твардовский дал Рою прочитать  несколько страниц заготовок своей новой поэмы, над которой он тогда работал:

«Мне в то время ничего не было известно о трагической судьбе большой семьи Твардовского, его родителей, братьев и сестёр, не знал я и всего того, что сам А. Твардовский пережил в 30-е годы. Теперь я узнавал часть этого из его новой поэмы… Стихи Твардовского клеймили преступления Сталина, в них были и слова о лагерях «под небом Магадана, о лицемерии вождя, о выселении целых народов, о поощрении лжесвидетельств и клеветы. Лично для меня наиболее волнующей частью поэмы были строки об отце- деревенском кузнеце:

В узлах из жил и сухожилий,

В мослах поскрюченных перстов –

Те, что – со вздохом – как чужие,

Садясь к столу, он клал на стол.

И точно граблями, бывало,

Цепляя ложки черенок,

Такой увёртливый и малый,

Он ухватить не сразу мог.

Те руки, что своею волей –

Ни разогнуть, ни сжать в кулак,

Отдельных не было мозолей-

Сплошная

Подлинно – КУЛАК.

(Стр.111-112)

В этом же разделе книги публиковались очерки Роя о писателе Юрии Трифонове и о кинорежиссёре Михаиле Ромме.

Около 70 страниц в нашей с Роем книге заняли мои воспоминания о Солженицыне. В значительной степени они вошли и в тексты первых глав и моей настоящей работы. Следующим очерком книги стали воспоминания Роя об А.Д.Сахарове.

Даже для меня в сборнике «Из воспоминаний» оказался неожиданным очерк Роя «Дональд Маклэйн, каким я его знал».

Дональд Маклэйн, живший в Москве под именем Марка Петровича Фрейзера, был одной из главных фигур советской разведки в Великобритании и США. Он передавал в Москву важнейшую информацию примерно с 1937 года. В сентябре 1941 года, уже после нападения Германии на СССР, Маклэйн, работавший в то время первым секретарём посольства Великобритании в Вашингтоне, сумел передать в Москву обширные материалы о начале работ в США и в Англии по созданию атомной бомбы:

«Близкому знакомству с Маклэйном я обязан публицисту С.Н. Ростовскому (Эрнст Генри). Ростовский, автор нескольких памфлетов против реабилитации Сталина, был одним из первых читателей моей рукописи «К суду истории». Ростовский был человеком с необычной биографией…

Эрнст Генри и Дональд Маклэйн познакомились в середине пятидесятых годов, когда и Генри и Маклэйн стали сотрудничать в созданном в то время журнале «Международная жизнь».

Широкая известость пришла к Эрнсту Генри в 1965 году, когда он написал яркий памфлет против Сталина, где говорил главным образом о внешней политике Сталина…

Эрнст Генри дал мне немало полезных советов и материалов для книги о Сталине. Однажды он попросил меня дать рукопись о Сталине своему другу Марку Фрезеру-Дональду Маклэйну. От Генри я узнал тогда и часть необычной биографии этого человека…

Разумеется, мне было интересно познакомиться с таким человеком и выслушать его мнение о моей рукописи…» (Стр.358-359).

Из бесед с Маклэйном Рой узнал, что своей главной исторической заслугой советский разведчик считал не передачу в СССР секретов о разработке в США проектов атомной бомбы, а информацию об американских действиях в Корейской войне в 1950 году:

«Известно, что летом 1950 года вооружённые силы Северной Кореи, начав наступление на юг, быстро разбили войска Южной Кореи… Неожиданно в глубоком тылу действующих армий высадился под эгидой ООН десант 8-й американской армии. Войска Ким Ир Сена оказались отрезанными от севера Кореи и разбиты… Казалось, что дни КНДР сочтены. Сталин настаивал на вмешательстве Китая. Но Мао Цзе Дун колебался.

Он опасался, что США перенесут войну на китайскую территорию, начнут бомбить китайские города и даже, может быть, сбросят на китайские войска и промышленные центры атомные бомбы.

В это время британский премьер-министр К. Эттли находился в США с государственным визитом. Рядом с ним был и Дональд Маклэйн, который в это время руководил американским отделом МИДа Великобритании. Ему доверяли и ни у Эттли, ни у американских коллег не было секретов от Маклэйна. Ему удалось получить копию директивы президента Трумэна генералу Макартуру, командующему войсками ООН в Корейской войне: «Ни при каких условиях не переносить войну на территорию Китая». Эти сведения были немедленно переданы Сталину, а от него к Мао. Колебания китайцев кончились, и 25 октября крупные силы «китайских народных добровольцев» перешли границу Кореи и атаковали американские и южно-корейские войска… »  (Стр. 360-361).

Очерк о Дональде  Маклэйне был написан Роем в 1983 году  после смерти бывшего разведчика, о которой Рой узнал из опубликованного в «Известиях» некролога. В последние два-три года своей жизни Маклэйн жил в своей большой квартире в Москве в одиночестве. Все члены его семьи, жена и трое выросших в Москве детей, двое сыновей и дочь, вернулись в Англию. Урну с прахом Маклэйна также  отправили в Англию. Прах был развеян над могилами его родителей и предков.

Наша с Роем книга «Из воспоминаний» вышла в свет в конце ноября 2010 года скромным тиражем в 1000 экземпляров. Мы с Роем обеспечили книгу большим числом разнообразных фотографий.

ЮБИЛЕЙ-2

В Лондоне меня с юбилеем поздравляли наш сын Дима, Том, Алиса, внучки из Москвы и из Обнинска и другие родственники, звонившие по телефону. Из Тбилиси позвонила Тамара, моя двоюродная племянница. Из Ростова-на-Дону пришло письмо от Миши Холодного, моего школьного друга 1939–1940 годов. Он был ведущим хирургом одной из ростовских больниц. Сейчас, в старости, оставался в этой же больнице консультантом.

Рой в России был более известной фигурой. Из посольства Республики Беларусь на дачу, где Рой жил уже постоянно, привезли письмо-поздравление от Александра Лукашенко. Из «Горбачёв-Фонда» курьером доставили поздравление от Михаила Горбачёва, который в нем поздравил и меня. 12 ноября Рою позвонили из администрации премьер-министра Владимира Путина. Звонивший сообщал, что Путин хотел бы лично поздравить юбиляра и вручить ему почётную грамоту и подарки. Вечером на следующий день за Роем в посёлок Ново-Ивановское приехала машина. Резиденция и квартира премьер-министра Путина находились в Ново-Огарëво, в 10 км от Москвы. Путин назначал такие встречи известным юбилярам на поздний вечер, когда он возвращался домой из Кремля. Роя предупредили, что аудиенция и беседа рассчитаны на 30 минут и что Путин может опоздать из-за слишком насыщенного графика. В комфортабельной комнате приёмов Рой прождал около часа. Ему принесли свежие газеты, кофе и бисквиты. Путин вошёл неожиданно быстрой походкой. В прошлый раз Рой встречался с Путиным в 1999 году на заседании Коллегии ФСБ, отмечавшей 85-летний юбилей со дня рождения Юрия Андропова (См. главу 101). Сейчас, по впечатлению Роя, Путин сильно изменился, не столько внешне, сколько по характеру поведения. Было ясно, даже по интонации голоса, что он имеет огромную власть и решает проблемы не только России. Во время вручения Рою Почётной грамоты правительства Российской Федерации и юбилейных подарков незаметно включалась телевизионная камера. На следующий день вручение Путиным Почетной грамоты Рою Медведеву было показано в программе телевизионных новостей. Когда я через несколько дней получил через интернет появившуюся в одной из газет фотографию этой встречи, то обратил внимание на очень доброжелательный взгляд Путина ..

Подарок от Путина был подобран именно для историка. Это была редкая книга по истории российского флота. Она имела необычный медный переплёт..

ПОСЛЕСЛОВИЕ

Настоящий рассказ заканчивает документальную часть моих воспоминаний. Глава 115 является предпоследней. Заключительная глава, которая появится нескоро, будет состоять из некоторых размышлений и обобщений.

 

Январь 2018 года

Жорес Медведев

Помощь для Joomla.