№5 от 9.02.16 - Ностальгия по реализму

Медведкин художник саратов

В корпусе радищевского музея на Первомайской открыта выставка Бориса Медведкина «Ностальгия». Для одного из последних саратовских реалистов старшего поколения это – вторая выставка в музейной системе. В 2009 году у Медведкина уже была «Ностальгия» в отделе музеефикации радищевского – музее-усадьбе Борисова-Мусатова. Тогда с выставки в фонды был закуплен ряд большеформатных медведкинских акварелей. Часть из них выставлена сейчас, а остальные экспонировать не удалось по техническим причинам.

Медведкин художник саратов

Выставка даёт представление о всём творчестве художника за исключением темы Великой отечественной войны. Самые ранние работы относятся ещё к 1960-м годам. Молодой профессионал испытал тогда общее для пространства страны, веянье т.н.з. сурового стиля. Далее он стал собой – тонким лириком.

В бытность мою методистом областного центра народного творчества выходил сборник литературы к юбилею победы. В нём единственный раз рядом с репродукцией картины на тему фронтового подвига энгельсского художника Назара Ханазарова было приведено стихотворение Медведкина об этом событии. Теперь решено устроить литературный вечер художника, приуроченный к финалу выставки. Об этом будет оповещено на музейном сайте.

Галина Беляева – куратор экспозиции написала в выставочном буклете просто замечательно: «Неяркий колорит, построенный на сочетании трёх-четырёх основных  тонов, плавные контуры, тающее сфумато туманных очертаний  и общеедоминирование водной стихии над всеми прочими как раз и позволяют говорить о близости этих работ мистической эстетике Андрея Тарковского. И в этом смысле «Ностальгия» Бориса Медведкина, практически повторенная спустя пятнадцать лет («Воспоминание», 2000) воспринимается не просто как эмоциональное тяготение к какому-то конкретному месту или моменту прошлого (деревенская идиллия) – но как некая устремлённость души, взыскующей обретения истинной «родины».

Отринув музыкально-выморочный термин «сфумато», я бы помыслил о том, что родина у Медведкина вовсе не берётся в кавычки. Просто это – предстояние перед творцом души русского человека. А душа у Медведкина – чистая. Человек он уживчивый, незлобивый. Помнится, как ещё лет двадцать назад слушал его стихи на неформальной части после открытия выставок в Союзе художников. Уходила тогда шероховатость, некая нескладность строф, но в душу вливалась искренность созданного.

Можно проводить параллели медведкинских пейзажей с подобным у Зимарина или же Карякина. Но – Медведкин и сейчас остаётся милым романтиком. Зимарина (которому мы делали выставку в «Земском обозрении») давно нет на свете. Пишет ли сейчас Карякин? – не возьмусь ответить. Медведкин – вот он. И реально сопоставима выставка с недавней юбилейной, в честь 80-летия – Чечневой.

Контрапунктом стоит автопортрет с лютней за спиной, занавесом с маской и уезжающей (уплывающей) вдаль под небесным просветом, бричкой бродячих артистов.

Щемящих мрачных грёз, сталкерских фантасмагорий Андрея Тарковского что-то и вовсе не видно, а вот с поэзией его отца-фронтовика Арсения Тарковского творчество Медведкина созвучно. Бориса Медведкина как человека я очень уважаю. Потому и написал данный текст и прочёл ему на открытии стих Арсения Тарковского «Волна вослед волне».

Медведкин художник саратов

Медведкин художник саратов

Борис Глубоков

Помощь для Joomla.